Авангард Красной Молодежи
Томское региональное отделение
AKM1917.CITY.TOMSK.NET
ГЛАВНАЯ
МАТЕРИАЛЫ
Почему большевикам не по пути с НБП.

Много ли может означать одно слово? Много, если речь идет о политике. Короткое, емкое слово «большевики». У одних это слово вызывает страх, у других – уважение, у третьих – надежду. Большевики были авангардом рабочего класса, который вел трудящихся от победы к победе. Но прибавьте к слову «большевики» приставку «национал» и Вы получите нацболов или лимоновцев. Что же общего у НБП с большевиками?
ОсновательНационал-Большевистской Партии Э. Лимонов смешал в одну кучу Ленина и Муссолини, Сталина и Гитлера, Че Гевару и барона Унгерна и этим винегретом стал со страниц «Лимонки» кормить своих юных приверженцев. Называя себя «левым» Лимонов при этом ведет настоящую войну с марксистской идеологией. Возьмем, к примеру, один из главных лозунгов нацболов о «национальной революции», которой они подменили революцию социалистическую. Любая нация состоит из двух неравных частей: из эксплуатируемых и эксплуататоров. Из тех, кто трудится на заводах, шахтах, в школах, больницах и из тех, кто живет за счёт труда первых. Согласитесь, интересы этих двух классов противоположны диаметрально. Поэтому не существует никаких «национальных» или «общенациональных», или «государственных» интересов, которые были бы превыше интересов классовых. И пока буржуазия является правящим классом, она будет всеми силами выдавать свои частные интересы за национальные.
Пример №1. Национальные проекты, недавно «запущенные» Путиным. Возьмём национальный проект «Здравоохранение». Каковы интересы трудящихся в области здравоохранения? Трудящимся нужна разветвлённая сеть бесплатного медобслуживания, оснащенная новейшей медицинской техникой. Такая сеть здравоохранения, кстати, существует на социалистической Кубе, благодаря чему продолжительность жизни на острове одна из самых высоких в мире. Буржуи, напротив, растаскивают на кусочки систему государственного здравоохранения, доставшуюся нам в наследство от СССР, присваивают её. Зачем? Не затем, что буржуи – нелюди. Всё проще: они хотят и качественно лечиться, и «доить» трудовой народ. Значит, интерес человека труда в корне отличен от интереса буржуя-паразита в этом вопросе. А что представляет собой национальный проект «Здравоохранение»? Может быть, он содержит меры, чтобы заставить буржуев вернуть трудовому народу систему качественного бесплатного медобслуживания? Или это PR-акция, приуроченная к скорым выборам, которая не в силах остановить набирающую обороты коммерциализацию в сфере медобслуживания? Мы склонны полагать, что второе.
Пример №2. Начав «антитеррористическую операцию» в Ираке, президент США Буш тоже вешал американским трудящимся на уши лапшу про «национальные» интересы, которые почему-то оказались в зоне Персидского залива. Но как только домой в США стали приходить гробы американских солдат, трудящиеся стали проводить акции протеста против войны. А американские военно-промышленные магнаты, наоборот, всеми силами затягивают иракскую бойню, чтобы получить максимальный доход от военных заказов.
Таким образом, не может быть общих интересов у двух враждебных лагерей, образующих одну нацию. Национальные интересы появляются тогда, когда нация состоит только из трудящихся, что мы видим на примере СССР, Кубы и Северной Кореи.
Поэтому «национальная революция» означает не более, чем госпереворот, замену во власти одного буржуазного клана другим кланом. Трудящимся от этого легче не станет.
«Вы, коммунисты, свихнулись на этих терминах. Не все ли равно – "национальная", "социалистическая". По крайней мере, НБП реально делает революцию, пока Вы занимаетесь болтовней», – возразит какой-нибудь нацбол.
Всё дело в том, что не любая смена власти – революция. Вспомним, как во время недавних событий на Украине и официальные, и «либеральные» СМИ во все горло кричали о «революции». На деле же прозападный клан Ющенко потеснил пророссийский клан Кучмы, опираясь на кучку молодых оболтусов. Буржуи поделили кресла в Верховной Раде Украины, а для простых украинцев все осталось по-прежнему– это именно переворот. Если НБП и ее союзники по движению «Россия без Путина» собираются подготовить подобный переворот в России, нам с ними не по пути. Коммунисты считают, что только сами трудящиеся организованной борьбой могут улучшить свое положение. Помочь трудящимся осознать свою силу, сплотить их, подготовить к взятию власти – это задачи коммунистов.
Как известно, любая партия выражает интересы определенного класса. Из сказанного выше следует, что опорой коммунистической партии являются трудящиеся и их ядро – рабочий класс. Посмотрим, какова классовая опора НБП. Как пишет Лимонов в своей книге «Другая Россия»: «Глядя на наши региональные отделения Национал-Большевистской Партии, мы с удовлетворением замечаем, что их возглавляют провинциальные журналисты, поэты, рокеры, психопаты, панки, недоучившиеся студенты», – одним словом, маргиналы. Лимонов утверждает, что маргиналы – это самый революционный класс современного общества.
Давайте разберемся, откуда вообще взялись маргиналы. В СССР их, в отличие от рабочих, крестьян и интеллигенции не было, либо было ничтожно мало. В маргиналов превратились те советские люди, которые не захотели или не успели наворовать и которые сами были жесточайшим образом ограблены новыми хозяевами жизни. Более того, рыночная стихия оторвала маргиналов от общества: лишила их работы и достатка, лишила семьи, товарищей, близких людей, лишила уважения и любви, а главное, лишила понимания, как бороться с рыночной стихией. Французское слово «маргинал» изначально обозначало нечто, «находящееся вне». С XIX века, когда в Европе и США утвердился капитализм, название «маргинал» получили люди, «оторвавшиеся» от своего класса: обычно, разорившиеся мелкие буржуа, иногда – вчерашние пролетарии, выбившиеся в буржуа. И те, и другие «застряли» между классами. Маргинальное состояние может затянуться, но всё-таки, как правило, оно временное. В самом деле, трудно представить человека, за всю жизнь так и не нашедшего себе определенного занятия, скитающегося по городам и перебивающегося случайным заработком. Именно на таких людей рассчитывает Лимонов. Маргинал не имеет частной собственности (поскольку он не буржуа) и не имеет постоянного заработка (поскольку он не пролетарий). Следовательно, терять ему нечего. Следовательно, он сверхреволюционен. Так считает Лимонов. Но к чему же сводится революционность маргинала? Если пролетарии могут кардинально улучшить своё положение лишь одним способом – свергнув буржуазию (т.е. совершив социалистическую революцию), то маргиналу вовсе не нужно перестраивать всё общество. Маргинал всегда одиночка, поскольку из своей прежней буржуазной жизни он твёрдо усвоил индивидуалистическое сознание. Зачем ему переустраивать всё общество? Проще пробраться наверх самому. Социальные потрясения он воспринимает лишь как удобный трамплин. Кто спит и видит себя могущественным крупным буржуа? Мелкий буржуа, но никак не пролетарий. Следовательно, строя свою партию из маргиналов, Лимонов создает обыкновенную мелкобуржуазную партию с мелкобуржуазной идеологией.
Это наглядно подтверждается последними действиями НБП. Взгляните на передовицы «Лимонки». Лимонов и упрашивает власть зарегистрировать его партию, и угрожает российским чиновникам Европейским Судом по правам человека, и жалуется на произвол. Вот отрывок из его недавней статьи: «Опять повторяю для сведения всех, кого это касается. НБП есть, и есть проблема НБП. И эта проблема становится все более острой. Она заключается вот в чём. Существует цивилизованная якобы страна Россия, где президент и правительство препятствуют насилием и репрессиями (и с помощью прямой клеветы!) осуществлению деятельности политической партии НБП. Партия существует 13 лет. Общество признает НБП, и все большая часть общества относится к нам с приязнью и дружелюбием. Кремлю пора поднять руки, а не усугублять конфронтацию». Особенно обращаю внимание на последние слова лидера НБП: «не усугублять конфронтацию». То есть Лимонов и рад бы замириться с авторитарным буржуазным режимом. Дело-то за малым: чтобы авторитарный буржуазный режим признал НБП. И тогда… Тогда Эдуард Вениаминович получит кресло в Государственной Думе, веско выступит в «Парламентском часе», раз в 4 года снизойдёт до трудящихся. Зачем тогда революция?
В нынешних политических обстоятельствах стремление зарегистрировать любую революционную партию означает либо политическую близорукость, либо готовность свернуть с революционного курса. На вонючем легальном политическом поле Зюганов торгует ностальгией по Советскому Союзу, Рогозин торгует национальным чувством, Лимонов торгует и тем, и другим. Но ещё Лимонов торгует свободой молодых ребят, которые, подобно народовольцам, искренне верят в то, что смогут совершить революцию без участия народа, за народ, вместо народа. Мы знаем, что путь революционера часто лежит через тюрьму. Однако мы уверены, что если есть возможность избежать тюрьмы на революционном пути, то следует их избежать. Мы также знаем, что Лимонов и другие руководители НБП выдержали испытание решёткой. Однако мы уверены, что ни прошлый тюремный опыт, ни, тем более, нынешняя богемная жизнь Лимонова, не дают ему право толкать ребят на бессмысленное геройство. Сейчас Лимонов под охраной живёт с молодой женой и новорождённым сыном в неплохой московской квартире, ездит на собственной машине. А что ожидает тех, кто сейчас гниёт в застенках по приговорам о Минздраве или приемной Президента?
До сих пор над российском «левым» движением довлеет мелкобуржуазная идеология. Она опутала и тянет ко дну КПРФ и НБП. Разве Ты не замечаешь этого, товарищ? Время бросает нам новый вызов. Он звучит: «Социализм или смерть!» Чтобы принять его мы должны на принципах революционного марксизма построить новую партию, сочетающую социализм с рабочим движением. А НБП спасибо – она подала растерянным российским «левым» положительный пример изобретательности и боевитости наряду с отрицательным примером неверной стратегии. Вероятно, мы возьмём какие-то методы нацболов до основания вычистив из них стихийный порыв одиночки и наполнив их целенаправленной и планомерной борьбой железных батальонов пролетариата. И вслед за первыми русскими революционерами повторим: «Подымется мускулистая рука миллионов рабочего люда, и ярмо деспотизма, окруженное солдатскими штыками, разлетится в прах!».

Павлов